Женя Ким

Женя КимЕще несколько лет назад Женя Ким выясняла значение слова «коллаборация», а сегодня на ее вещи засматриваются байеры главных мировых универмагов.

ОДНОГО ТОЛЬКО ТАЛАНТА, чтобы добиться успеха, недостаточно — необходимы еще упорство, амбиции и, пожалуй, наглость. У 25-летней Жени Ким (именно Жени, а не Евгении — американская марка Eugenia Kim выпускает аксессуары и к J.Kim отношения не имеет), к счастью, всего перечисленного в избытке. Как раз за амбициозность ее не любили и преподаватели обеих отечественных модных школ, где ей довелось учиться, — и если колледжу дизайнер благодарна за хорошую техническую базу, то к институту благодарности не питает вовсе. К амбициям в российских модных школах, по словам Жени, до сих пор относятся как к чему-то плохому, с придыханием говорят только о конкурсе «Русский силуэт», а за происходящим в современной моде не следят: «Наверняка уверены, что в Chanel до сих пор работает Коко Шанель», — пожимает плечами девушка.

Сама Женя и в московские магазины, и в парижские шоу-румы попала благодаря собственному упорству и огромному желанию. Благодаря им она, придя на стажировку к известному российскому дизайнеру, в ответ на указание сесть в уголок и нашивать на легинсы стразы могла ответить: «Я нарисую несколько эскизов и принесу их вам. Не понравятся — сяду пришивать стразы», — и в итоге сделала для его шоу юбку по одному из подготовленных в ночи рисунков. Благодаря им находила дизайнерские конкурсы, отправилась с коллекцией в Нью-Йорк, где никого не знала, организовала в Москве первый показ. Моделей для него Ким искала «ВКонтакте», рассылая понравившимся десятки сообщений. Те отвечали через раз, игнорируя незнакомку, а журналисты не отвечали совсем — зато теперь пишут Жене сами. Помня о том периоде, дизайнер старается реагировать на все письма с просьбами о стажировках, хотя команда у нее очень маленькая, а бюджета на новых членов пока нет.

По-настоящему широко заговорили о Ким после весенней коллекции 2015 года. Тогда же молодого дизайнера привлекли к сотрудничеству сестры Линович: именно она сделала для Masterpeace кимоно с вышитыми журавлями, скопированные десятками брендов, — их дешевыми копиями до сих пор полнятся AliExpress и огромные азиатские универмаги. Это внимание именно покупателей из Азии не случайно: Женя — кореянка, родившаяся в Узбекистане, и национальные мотивы проходят через каждую ее коллекцию. Именно она научила московских модниц узнавать не только кимоно и сари, но и чогори, чхимы и ханбоки

— элементы традиционного корейского костюма. Никакой нарочитой экзотичности, впрочем, они не вносят: любить вещи J.Kim легко, даже не зная их бэкграунда, хотя он всегда интересен. Например, весеннюю коллекцию Ким собрала из собственных воспоминаний о детстве в Ташкенте, где жила с семьей до 11 лет. Здесь встретились и одетые в полосатые халаты торговцы с курицами под мышкой, и женщины в паранджах, и красочные узбекские миниатюры, и золотое шитье местных мастеров, и образы кореянок прошлых столетий, закутанных с ног до головы, но легко открывающих грудь. Новая коллекция вышла не только самой личной, но и самой жизнерадостной, яркой — особенно на контрасте с текущей зимней, которую дизайнер, по собственному признанию, не любит: над ней она работала, пребывая в депрессии, и сейчас, будь такая возможность, многое бы изменила.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *