История

Великий немой

Кристиан Диор создавал костюмы для кино и теа­тра задолго до того, как открыл свой модный Дом: о невероятном платье леди Тизл в смелую черно­розовую полоску в спектакле «Школа злословия» в 1939 году говорил весь Париж. Имя Диора мель­кало в титрах «Любовных писем» Клода Отан-Лара, «Кровати с колоннами» Ролана Тюаля, «Молчание — золото» Рене Клера. Но с открытием Дома Dior он перестал брать заказы для кино, делая исключение только для любимых актрис — например, для Марлен Дитрих в фильме Альфре­да Хичкока «Страх сцены». Когда режиссер, пред­почитающий сам подбирать костюмы для своих фильмов, попробовал возразить, актриса отреза­ла: «Нет Dior — нет Дитрих!». Читать далее

Chanel №5

Chanel №5В месте с двум я миллионами подписчиков на инстаграм я наблюдаю, как она гуляет по цветущим полям Грасса. Вот она целует огромный флакон нового аромата Chanel №5 LEau, лицом которого ее назначили, а вот болтает с месье Мулем. Семья Муль — единственные поставщики майской розы для аромата Chanel №5 с 1987 года. Читать далее

Я считаю

дизайнеровЯ считаю. Ты болтаешь», — поделил обязанности между собой и женой ведущий вечера и попечитель фонда «Бюро добрых дел» Максим Виторган. С подачи Disney и ЦУМа на торги выставили семь платьев Золушки от русских | дизайнеров. Максим и Ксения работали на четыре фонда I сразу, прочие попечители помогали им с разной степенью ‘! активности. Авдотья Смирнова («Выход») большей частью жаловалась, что в роли благотворителя чувствует себя нелов- щ~ ко. Ингеборга Дапкунайте («Вера»), напротив, требовала «поглубже засовывать руку в карман». Читать далее

На вопрос

На вопрос, в каком это было году, дама ответила: «Как же? 42-й! Сразу после Нового года!» Для Валерия 42-й был свя­зан с тем, что его мать угнали в трудовые лагеря, с тем, что страна воевала, вооб­ще со страшным горем, — сказала Елена Лобачевская, — и он потом вспоминал, что тогда испытал чувство отвращения к той даме с шампанским. И сегодня, чтобы от нас не отшатывались молодые люди в будущем, кроме слов благо­дарности мы обязаны говорить о важ­ном. Валера очень страдал оттого, что в стране снова есть политзаключенные…» Закончить свою речь Елена Лобачевская не смогла. Из третьего ряда раздалось начальственное: «Довольно». Зрите­ли повернули головы и увидели старуш­ку с крашенными хной волосами, кото­рая, почуяв всеобщее внимание, еще раз барственно приказала: «Довольно». Госпоже Лобачевской пришлось сойти со сцены. А я попыталась понять, кто же эта пиковая дама. Мать ли спикера Гос­думы? Великий в прошлом писатель? Кто демонстрирует «повадки утеснительно Читать далее

В печку

В печкуВ печку, чтобы она горела, надо подбрасывать по­ленья. Для здорового функционирования мужской души нужно существо, способное не только брать, но и отдавать.

Вторая причина — тревожность. Тучные годы смени­лись рецессией. А мода на жену-трофей сопутствует экономическому подъему. Вот какие условия ставит стремительно богатеющи й делец Васильков своей жене в пьесе Островского: «Я вас возьму в свой губернский город, где вы должны ослепить губернских дам туале­том и манерами. Мне по моим обширным делам нужно такую жену. Потом я свезу вас в Петербург, Патти по­слушаем, тысячу рублей за ложу не пожалею. У меня в Петербурге, по моим делам, есть связи с очень больши­ми людьми; мне нужно такую жену, чтоб можно было завести салон, в котором даже и министра принять не стыдно». Читать далее

Кто такая Мари Кондо

Мари КондоЕсли и есть история современной Золушкито это она. Мари с детства любила убираться. Уже в пять лет она увлекалась чтением книг по домоводству и играла с куклами в наведение порядка. Пока другие дети гоняли мяч в школьном дворе, Мари оставалась в классе и раскладывала книги на полках. Её одержимость уборкой пугала семью, но когда Мари стала преуспевать в качестве консультанта по наведению порядка в доме, родные успокоились и поняли, что девочка нашла своё призвание. Читать далее

ПРОТИВОРЕЧИВЫЙ ИМПЕРАТОР

ПРОТИВОРЕЧИВЫЙ ИМПЕРАТОРЕсли у писателя или живописца аномалия психики, отражаясь в его произведении, нередко играет роль позитивного фактора, то у психически больного государственного деятеля отсутствует промежуточный фактор — художественное произведение. «Произведением» становится государство, народ которого непосредственно на себе испытывает все последствия «патологического творчества» своего монарха. Читать далее